Жизнь и деяния святого Франциска Ассизского в оценке русской православной мысли

Мне большего не нужно, сын мой. Я знаю Христа бедного и распятого.
Св.Франциск

Кажется, совсем еще недавно по призыву ЮНЕСКО весь мир отмечал 800-летие со дня рождения святого Франциска, жизненной миссией которого было «следовать учению Христа и идти по Его стопам». И, сегодня, как и раньше мы помним Святого. В преддверии третьего тысячелетия христианской эры нам следует еще раз обратиться к этой удивительнейшей личности в истории человечества. Тем более, когда наша российская цивилизация и культура находится в столь сложном положении, — нам крайне важно обратиться к этому источнику чистейшей христианской духовности, чтобы с его помощью и с помощью Божией попытаться осмыслить сущность христианской культуры и некоторые особенности христианского исторического пути.

Теперь мы обращаемся к Франциску в связи с публикацией нового перевода «Цветочков» — знаменитых легенд о его духовном подвиге и его жизни. Эта жизнь, этот подвиг настолько уникальны, удивительны и чудесны, что, строго говоря, даже в простых биографических сведениях нам следовало бы поискать знаменательное: в местах его пребывания, в местах молитвы, иногда нам хочется видеть некие знамения для человека и человечества.

Человек, которому впоследствии суждено было стать основателем крупнейшего монашеского ордена, проповедовавшего бедность, родился в богатой семье в 1182 г. Его отец Пьетро ди Бернардоне был из так называемого «жирного народа» (il popolo grasso), был преуспевающим торговцем сукном. Поначалу жизнь Франциска не представляла ничего особенного. Это был молодой провинциальный повеса, наслушавшийся необычайных тогда рассказов и песен о великих провансальских рыцарях-трубадурах. Сам снедаемый жаждой рыцар­ских подвигов, Франциск в 1202 г. участвует в войне между Ассизи и Перуджей, где в стычке у моста Сан Джованни попадает в плен. Год спустя, Франциск с помощью родных освобождается из плена. Он восстанавливает силы. В 1205 г. он отправляется в путь снова, чтобы вступить теперь уже в папскую армию. Вот этому странствию и суж­дено было стать его «дорогой в Дамаск». Он добрался до Сполето, именно там, по преданию, на него снизошло видение, наставляющее его вернуться в Ассизи и ожидать зова к свершению благих деяний. Дома он уединяется и погружается в молитвы. Потом он совершает паломничество в Рим с толпой нищих, живя на подаяния и испытав здесь все тяготы бедности. Долгожданный зов он услышал в полуразрушенной церкви Сан Дамиани на окраине Ассизи. От Распятия над алтарем вдруг прозвучал призыв: «Ступай Франциск и восстанови разрушенный дом Мой». Здесь же, 24 февраля 1208 г., он вдруг с осо­бенной силой проникся словами Христа, какими Он напутствовал Своих учеников в их проповедовании Его Благой Вести: «Не берите с собой ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха. Ибо трудящийся достоин пропи­тания. В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете». (Мф 10,39)

Теперь, наконец, смысл жизни и призвание стали для Франциска предельно ясны. Отрекшись от всех мирских радостей и облачившись в самую бедную одежду, он начинает свой путь подражания Христу в проповеди, в молитве, в посте и покаянии. Вокруг него быстро стали собираться последователи. 16 апреля 1209 г. составленные Франци­ском «Правила» для членов образовавшегося братства «Меньших братьев» получили одобрение папы, официально закрепившее суще­ствование Ордена. Почти с этого же времени ряды последователей Франциска пополняются и женщинами, для которых Франциск, спустя три года, учредил второй Орден, известный как Орден кла­рисс, по имени первой его последовательницы Клары Оффредучи. В 1212 г. Франциск намеревался посетить святые места, но судно потер­пело кораблекрушение в Адриатическом море, и ему пришлось вер­нуться на родину. Затем, в 1219 г. он отправился в Египет, где кресто­носцы вели осаду Дамьетты. Согласно преданию, Франциск проник в лагерь мусульман-сарацинов и пытался проповедовать там о Христе.

В последние годы жизни болезни особенно преследовали его. Ему пришлось отказаться от замысла побывать во Франции и Испании. Кроме того, духовная потребность, а так же расширяющееся движе­ние его последователей настоятельно требовали изменения и допол­нения «Правил». И он остается в Италии. В окончательном виде «Правила» были утверждены папой Гонорием III в 1223 г.

Эта настоятельная потребность духовного роста, эти труды в под­ражании Христу, в конечном счете, и выразились в том, что в 1224 г. он с тремя своими последователями отправляется на гору Верния в Тос­кане, чтобы там стяжать новые, доселе невиданные, духовные подви­ги. Потом, во время молитв и скорби о крестных муках Христа, на него снизошло видение шестикрылого серафима. Когда оно исчезло, на теле Франциска обнаружились «стигматы», т.е. следы ран Христа на кистях, стопах и на боку. К Рождеству 1225 г. Франциск возвращается в церковь Санта Мария дельи Анджели, и, несмотря на окончательно подорванное здоровье и прогрессирующую слепоту, в течение не­скольких месяцев 1225 г. он разъезжает по Умбрии, обращаясь с на­ставлениями и проповедями к жителям провинции. Зрение Франци­ска продолжало ухудшаться, поэтому братья по Ордену отвезли его в Риети на лечение, но оно оказалось безуспешным. После непродол­жительного пребывания в Сиене Франциска привезли на его родину в Ассизи, где он и скончался в монастыре при Санта Мария дельи Анджели 3 октября 1226 г. на руках у своих первых братьев-сподвиж­ников: Массео, Анджело, Сильвестро, Иллюминато. Папа Григорий IX канонизировал Франциска в следующем 1228 году.

Самое удивительное в св.Франциске — это поразительная цель­ность и целеустремленность пребывания его личности во Христе. Хотя сама его жизнь так сложна и многогранна, что каждое поколение верующих находит в нем то, в чем испытывает потребность, или что хочет отрицать. Духовная деятельность св.Франциска в разное время по-разному оценивалась русскими православными богословами и мыслителями, здесь мы остановимся лишь на некоторых оценках.

Ранний этап внимания к духовной деятельности св.Франциска представлен авторами, занимающими различное общественное поло­жение, — это епископ Игнатий Брянчанинов[1] и писатель Ф.М.Досто­евский[2].

Епископ Игнатий (Брянчанинов) — духовный деятель православ­но-консервативного направления. Поэтому неудивительно то, что он объявил вообще всю католическую аскезу «прелестью», находя в ней «ложное понятие о духовных предметах и о себе, которое подвижник считает истинным» [3].

Совсем другое мироощущение у Достоевского. Он целиком впи­тал в себя мистический опыт Запада и даже пошел дальше, пытаясь перенести его на почву России, но делал это очень осторожно. В «Братьях Карамазовых»[4] он даже не решается ввести имя святого, а дает лишь его образ. Он сравнивает старца Зосиму с «Pater Seraphicus». Достоевскому импонирует в св. Франциске, прежде все­го его широчайшая любовь. Эту любовь писатель пытается расши­рить до полной универсальности, до полного самозабвения по отно­шению к своему герою. Достоевский создал здесь образ «русского инока», спасающего мир от рабства неверия и Антихриста.

Следует упомянуть и работы о св. Франциске замечательного ис­торика, философа и богослова Л.П.Карсавина. В одной из своих работ он обратил внимание на первоначальные взаимоотношения учеников и братьев св.Франциска.: «Первоначальное братство (до начала 1220 г.) было новым явлением в Церкви… Минориты подражали Христу и апостолам, воспроизводя их жизнь, но поняли они ее не традиционно, как каноники, а по-новому»[5]. Другой капитальный труд Л.П.Карса­вина, посвященный основам средневековой религиозности помогает лучше выявить особенности личности св.Франциска на фоне харак­терных черт эпохи[6]. Карсавин пишет: «Самопроизвольно возникаю­щие организации мирян и основанные Франциском, францисканца­ми группы, выливаются в одинаковые формы, стремятся к одному и тому же идеалу»[7]. В нищенствующих орденах, как и в папстве, нашла себе новые орудия универсальная (т.е. вселенская) идея, — делает вы­вод автор[8]. Примечательно, что Карсавин не трактует духовную цель­ность св.Франциска как некий монолит, лишенный внутренней дина­мики. Он сознательно обостряет противоречия, которые были прису­щи св.Францискув его повседневной практике и называет их антино­миями сознания. Он пишет об этом так: «Справедливая в общей своей форме антиномичность сознания особенно применима к изучаемой нами эпохе. Франциск Ассизский любит природу, восхищается ее красотой в «Гимне брату Солнцу», он жалеет и любит свое тело, бед­ного «брата осла». И он же изнуряет свое тело чрезмерной, достигаю­щей пределов гастрономии аскезой, подавляет в себе естественней- шие и невиннейшие желания. Поэт пантеистической любви вдруг становится упорным борцом с демонами. Непосредственное подра­жание Христу и свободное понимание Его заветов  чередуется в нем с формализмом и буквоедством»[9]. Упомянув о том, что Франциск Ас­сизский и его сподвижник брат Эгидий «ищут символов в окружаю­щем мире» Карсавин формулирует еще одно положение: «Благодаря символизму, индивидуальное, не теряя вполне своего интереса, по­глощается и преодолевается общим»[10] и, далее, он пишет так: «Не по­тому отщепенцы францисканского движения отстаивают свой образ жизни, что они верят в его истинность, а потому, что так приписывает устав. Устав же — Евангелие Христа»[11].

Можно было бы остановиться и на других авторах, уделявших так же много внимания св. Франциску. К их числу относятся Н.А.Бердя­ев, П.А.Флоренский, М.В.Лодыженский, А.А.Блок, Д.С.Мережков­ский, прот. Г.Флоровский, И.А.Ильин и др.

Но нам в заключении представляется возможным привести только оценки Н.Арсеньева — профессора Св. Владимирской Духовной се­минарии в Нью-Йорке. Он часто касался проблемы единства христи­ан, пытаясь найти точки соприкосновения в многообразном духов­ном опыте Православия, Католичества и Протестантизма. В работе «Единый поток жизни» он пишет: «Есть одна основная стихия хри­стианской жизни на Востоке и на Западе»[12] и приводит в пример св.Франциска, который во время последней своей болезни отказыва­ется слушать чтение Свящ. Писание и отвечает брату: «Мне больше не нужно, сын мой. Я знаю Христа бедного и распятого». Арсеньев пи­шет, что ему (Франциску) было достаточно постоянного устремле­ния на Распятого. В этом вся мудрость Франциска, красной нитью проходящая через его жизнь от видения Христа в часовне Сан Дамиа- ни до стигматиции на вернской горе[13]. Далее исследователь приводит почти аналогичный ответ праведного старца Стефана в «Луге Духов­ном» пришедшим к нему для поучения: «Ни на что более не взираю, кроме Господа Нашего Иисуса Христа, пригвожденного к древу кре­стному»[14].

Прошло уже более 800 лет со дня рождения великого христианско­го учителя и святого. Но он продолжает жить. Сегодня с 45-тысячами монахов и двумя миллионами терциариев францисканский Орден является самым значительным по численности в римско-католиче­ской Церкви. Св.Франциск — первый «западный» святой, которого полюбили русские верующие. Это значит, что шаг в сторону сближе­ния христиан сделан. Ведь его жизнь призывает нас, верующих За­падной и Восточной Церкви, к следованию за Евангелием, во имя Гос­пода Нашего и Спасителя Иисуса Христа.

 


 

[1]  Еп. Игнатий (Брянчанинов). «Приношение современному монашеству» и другие его работы являются выражением православно-догматических взглядов на подвижни­ческую жизнь.

[2] Достоевский Ф.М. (1821—1881)—великий русский писатель и мыслитель, связанный с другой ветвью православного аскетизма — оптинской школой старцев; был связан также со славянофилами и В. С. Соловьевым.

[3] Еп. Игнатий (Брянчанинов) «Приношение современному монашеству”. Соб. соч.
т.5, СПб, 1905, с.68.

[4] Цит. по Ветловская В.Е. «Pater Seraphicus». Сборник: «Достоевский. Материалы и исследования», т.5, Л., 1983.

[5] Карсавин Л.П. «Монашество в Средние Века», СПб, 1912, с.82.

[6] Там же, с.82.

[7] Карсавин Л.П. «Основы средневековой религиозности в «XII-XIII вв., преимуще­ственно в Италии» Пг, 1915, с.17.

[8] Там же, с. 21.

[9] Там же, с.36-37.

[10] Там же, с.46-47.

[11] Там же, с. 48.

[12] Н.Арсеньев, (ныне покойный) профессор Св. Владимирской Духовной  С-Пб.Семинарии в Нью-Йорке. Его труд «Единый поток жизни» (К проблеме единства христиан). Брюс­сель, 1973, с.53.

[13] Там же, с.59.

[14] Там же, с.59.

 

                  Журнал «Начало» №3-4 1996г.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.